Приглашаем посетить сайт

Cлово "ЖИЗНЬ"


0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЖИЗНИ, ЖИЗНЬЮ, ЖИЗНЕЙ, ЖИЗНЯМИ

Входимость: 146.
Входимость: 128.
Входимость: 106.
Входимость: 96.
Входимость: 92.
Входимость: 89.
Входимость: 88.
Входимость: 87.
Входимость: 84.
Входимость: 84.
Входимость: 83.
Входимость: 82.
Входимость: 80.
Входимость: 80.
Входимость: 80.
Входимость: 78.
Входимость: 76.
Входимость: 74.
Входимость: 72.
Входимость: 72.
Входимость: 72.
Входимость: 69.
Входимость: 68.
Входимость: 68.
Входимость: 67.
Входимость: 65.
Входимость: 65.
Входимость: 64.
Входимость: 63.
Входимость: 63.
Входимость: 63.
Входимость: 62.
Входимость: 62.
Входимость: 61.
Входимость: 61.
Входимость: 59.
Входимость: 59.
Входимость: 58.
Входимость: 58.
Входимость: 57.
Входимость: 57.
Входимость: 56.
Входимость: 56.
Входимость: 55.
Входимость: 55.
Входимость: 54.
Входимость: 54.
Входимость: 54.
Входимость: 54.
Входимость: 54.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 146. Размер: 130кб.
Часть текста: здоровья, зрения, дыхания, самоей жизни. Еще — торжеством вечности, мировой культуры, классики... Как и Джойс, Музиль, Манн, Гессе, Пруст не только «владел» всей мировой культурой, но тяготел к «александризму», классицизму. Элиот творил с постоянной оглядкой на английскую поэзию XVII века, Пруст — на французскую прозу XVII века — отсюда у обоих сложная система аналогий, сравнений, ассоциаций. Ориентация на лучшие образцы прошлого, стремление придать своим произведениям классическую форму, использование огромных сокровищ мировой культуры, творческое переосмысление их — вот то главное, что объединило всех модернистов-классиков нашего времени. В Англии классическую традицию отстаивали имажисты и их преемники, во Франции с позиций «неоклассицизма» выступали М. Пруст, А. Жид, П. Валери, П. Клодель. «Неоклассицизм» представлял собой дань традиции, проповедь искусства как убежища от абсурда бытия, возрождение символизма и духовной жизни как таковой — будь то католицизм у Клоделя, культ разума у Валери, апология искусства у Жида и Пруста. Почти никто не обратил внимания на то, что шедевры XX века — своего рода мемуары, но не просто воспоминания о былом, пережитом, но — память человеческой культуры, ее «опыты», ее художественные, эстетические и даже философские «итоги». Поиски утраченного времени, помимо всего, — громадный сборник «максим», «опытов», «фрагментов» из истории...
Входимость: 128. Размер: 146кб.
Часть текста: — смысл злого волшебства, воздействующего на писателя помимо его собственной воли. Кажется парадоксальным, что источником колдовства, силы, по нашему мифологическому опыту отчуждающей человека от жизни, счастья, собственного Я, выступает у Гессе именно книга. Хотя и наш бытовой опыт говорит об опасности ситуации, когда чтение поставляет человеку замену жизни, создает зависимость от чужих представлений и несамостоятельность в суждениях и поступках. На опасность многочтения на протяжении всей своей жизни неоднократно указывал и сам Гессе. Для него же самого книга стала роком, «судьбой, росшей в нем самом». Преодоление этого рока вылилось у Гессе в творчество, в ведущую тему его жизни, которая, чрезвычайно сложно и противоречиво выраженная, присутствует практически во всех его произведениях, принимая форму разлада с самим собой и окружающим миром и форму грандиозной попытки превратить колдовство книги в благую, творимую свободной волей человека, магию книги. В мифологическом сознании человека магия испокон веков состоит в искусстве одушевления объекта — в наделении его всеми свойствами живого существа. Волшебник символически овладевает объектом, ритуально-самопожертвенно сливаясь с ним, расчленяя его «изнутри» на «лики мифологического пандемониума» (К. Г. Юнг), которые суть проекции бессознательных содержаний Я волшебника, с тем чтобы сделать зримыми свойства объекта, придать им очертания и из очертаний создать образ — символ, который будет подсказывать спасительные действия и волшебнику и окружающему миру, ради которого он, волшебник, и творил свою волшбу. «Всякое явление на земле есть символ, и всякий символ есть...
Входимость: 106. Размер: 123кб.
Часть текста: жизни пьес и с самого начала постаралась привлечь внимание к ее наиболее жгучим, животрепещущим проблемам. У истоков новой драмы стояли Ибсен, Бьёрнсон, Стриндберг, Золя, Гауптман, Шоу, Гамсун, Метерлинк и другие выдающиеся писатели, каждый из которых внес неповторимый вклад в ее развитие. В историко-литературной перспективе «новая драма», послужившая коренной перестройке драматургии XIX в., ознаменовала собой начало драматургии века XX. В истории западноевропейской «новой драмы» роль новатора и первопроходца принадлежит норвежскому писателю Хенрику Ибсену (1828-1906). Его художественное творчество соприкасается со многими литературными направлениями и не укладывается полностью в рамки ни одного из них. В 1860-е годы Ибсен начинает как романтик, в 1870-е становится одним из признанных европейских писателей-реалистов, символика в его пьесах 1890-х годов сближает Ибсена с символистами и неоромантиками конца века. Но во всех его произведениях остро звучит социальная и нравственная проблематика, последовательному символизму и неоромантизму чуждая. Ибсена с полным основанием считают...
Входимость: 96. Размер: 120кб.
Часть текста: плодовитость этого автора, повторение мотивов и коллизий (например, изображение героя, одержимого внезапно вспыхнувшим чувством), интерес к противоестественным влечениям людей. Но в лучших своих произведениях Мердок находится на уровне современной прозы, психологически насыщенной, отражающей сложные отношения индивида с миром. Литературное творчество Айрис Мердок начиналось как хобби, первый роман появился в 1954 году, когда ей был 35 лет. Что, правда, для английской литературы 50 – 60-х годов было почти нормой: Уильям Голдинг начал писать в 45 лет, Джон Фаулз в 37. Совпадение или несовпадение поведения персонажа с вовлеченной в сопереживание читательской реакцией «я бы на его/ее месте» может определять жанровую природу произведений. Есть произведения, и их особенно часто рекомендуют подрастающему поколению, где сюжет позволяет читателю постоянно восхищаться реакциями героя и таким образом готовиться к жизни через уроки «вот и я бы так поступил». Романы Айрис Мердок явно не из их числа. Есть не менее дидактичные, хотя с точки зрения сюжета построенные по противоположному принципу – «я на его/ее месте поступил бы иначе». К таким относятся «romance», стандартные женские романы. Типичный «romance» имеет незамысловатую фабулу: Она в состоянии потерянности; на сцене появляется ОН, мужчина во всех отношениях достойный, но его...
Входимость: 92. Размер: 79кб.
Часть текста: победы Октября. Человек удивительно цельный, Роллан не мог не вступить в схватку за дорогие его сердцу идеи. Обычно немало пишут о противоречиях этого большого писателя. Да, временами Роллан испытывал мучительные колебания. Но когда мы вдумываемся в причины, породившие противоречия, тс почти всегда приходим к мысли, что они объективны и зависели больше от эпохи, от ситуации, чем от личности писателя. По натуре своей Роллан не противоречив, скорее, чрезвычайно целен. Но окружавшая его действительность вынуждала его вступать в противоречие с самим собой и с целым миром. Кипучая общественная деятельность Роллана в 10—30-е гг. достаточно хорошо известна. Однако не столь известно, что в сущности большую часть жизни Роллан чувствовал себя одиноким. Долгие годы он, окруженный людьми, был одинок в своей стране. У себя на родине, в пыльном Кламси, где процветал дух зависти к чужим успехам, и в шумном Париже, среди интеллигентских снобов, — везде Роллан ощущал холодную пустоту и внутреннее безразличие под напускным внешним лоском. Всю жизнь он мечтал о настоящем друге. Он переписывался с Львом Толстым, обменивался письмами с М. орьким и еще с несколькими людьми, которые жили за пределами Франции. Это были люди, духовно близкие ему. Но в литературном Париже до первой мировой войны Роллан не нашел таких людей. Многочисленные группировки, создававшиеся и вскоре распадавшиеся, претили ему. У Роллана выработалось страстное стремление к духовной независимости. Писатель отлично понимал, что многочисленные литературные моды скоропреходящи; его же тянуло к монументальным вещам, он стремился осмыслить большие философские проблемы. Но Роллан не находил себе единомышленников в своей стране. Лишь один человек в литературном мире начала XX в. был равен ему по масштабу — Анатоль Франс. Но Роллан и Франс считали себя антиподами, хотя, в сущности, делали одно общее дело. В них было...

© 2000- NIV